Ярлыки

пятница, 25 ноября 2016 г.

Мысленное оформление приходящих знаний

 Помню, как меня поразила первая "встреча" с этим вопросом. Я приехал на Богословское кладбище вместе со знакомым на могилу инока Владимира  Знакомый ревностно подвизался в те времена, и я посчитал полезным показать ему весьма необычное (по многим переживаниям и рассказам) место - показать и помолиться. И был вдвойне ошарашен, получив громкий и внятный - для внутреннего слуха - "нагоняй".
Во-первых, я никак не привык много внимать внутренними ушами, а, во-вторых, меня вычитывал, как я полагал, инок Владимир, за то, что я притащил сюда стороннего человека, которому здесь не место. Уже тогда я пытался следовать правилу: не принимать и не отклонять, поэтому, ничего, естественно, не сказав знакомому,  не стал придумывать, что мне это почудилось, и не стал придавать значение тому, что послышалось. Прошло несколько лет, мой знакомый потерял горение и, столкнувшись с серьезными трудностями, спасовал...

Вопрос: Пожалуйста, очень прошу ответьте подробнее, этот внутренний нагоняй вы слышали мыслью или слышали голос?

Ответ: это был смысловой поток, близкий к развернутым мыслям. Я предпочитаю голоса не слышать и не слушать. 


Наблюдая за процессом прихода знания, я понял, что, как правило, мысленное оформление мы придаем знанию сами. Мысленное оформление знаний искажает их, иногда до неузнаваемости. Чем ниже источник (напр., другие люди или бесы), тем грубее, площе и конкретнее возникающие мысли.

Впечатляют обычно первые опыты, а потом привыкаешь, но не приведи Господи делать на основе внутреннего слышания далеко идущие выводы. Другая ошибка: впадать в панический страх, когда что-то причудится или прислышится - это только усугубляет положение.

Я полагаю, что, если не все, то многие, кто достаточно упорно трудился на молитвенном поприще, чего-то слышал и видел. Кроме того, немало людей безо всякой молитвы иногда слышат и видят, особенно дети... Тот же свт.Игнатий - борец с чувственным видением - сам имел нечто, похожее на такое видение.

Приходящее знание (даруемое Духом) настолько превышает человеческие возможности его восприятия и выражения, что остается как бы незамеченным. Усвоение знания происходит во времени. Пример: человек благодатно помолился, а знание необходимого действия пришло позже - через несколько дней или часов. Чем чище молитва, тем быстрее происходит соприкосновение со знанием, и чем выше это знание, тем оно более многомерно - несет в себе множество (каскады, аккорды) смыслов. Поэтому-то внимающий ум должен быть неподвижным, спокойным, ясным и, конечно же, непредвзятым. Как только ум хватается за какой-нибудь смысл и начинает его раскручивать "за ниточку", превращая в мысли, так сразу молитвенное созерцание грузнеет и падает в тонкое размышление (медитацию).

Передача и осознание духовного опыта требует (наряду с самим духовным опытом) наличия очищенного и развитого ума на каждой ступени лествицы умственного восхождения-нисхождения. Пока есть провалы или узкие места, передача опыта происходит затрудненно, замедленно и очень искаженно.

Видение на то и видение (если в нем есть истина), что передает в доступной форме для воспринимающего некие тайны невидимого мира и будущего. Ну не может простой человек, не вникающий глубоко в суть подвижек своей души, описать в адекватных образах то, что увидел. Скорее всего, это будут привычные ему грубые материальные образы. В любом случае - даже в тонких образах - мы имеем зрительную притчу, которую нельзя объяснять буквально, - она требует толкования. Человеку, имевшему видение, свойственно его домысливать и трактовать в рамках парадигмы, в которой он существует.

Цитата: "Озарения" эти потом могут (опять же нечувствительно для ума), в определенной степени, оформляться в виде "понимания" тех или иных мест Писания или вообще христианского учения и выражаться словесно, а могут не оформляться и не выражаться.

Ответ: В отношении озарений, которые потом... Это "потом" указывает со всей очевидностью на разрыв в сознании (лакуну в уме), когда еще отсутствует сверхобразное (сверхчувственное) - во Мраке - видение. Посему и приходящее позже знание не является по сути озарением и вообще может быть весьма искажено вплоть до подмены. Мы знаем, что нельзя (без рассмотрения) доверять различных голосам и видениям, но и доверять знанию, всплывающему в обычном сознании (хоть и после молитвы) неизвестно откуда, следует еще меньше. Кроме того, это знание оформляется в рац. уме согласно его "проштампованности". Если этот ум забит терминологическими и смысловыми штампами из (академического) богословия, то он и покажет любую вещь - хоть самую ложную - в отраженном свете святоотеческого слова, т.е. как бы правильной.

Цитата: Евгений, вы, наверное, имеете в виду (про ум), что ум не должен улетать в мечтаниях? Ибо я как-то полагаю, что на молитве ум должен, как-бы, очищаться... Например, вошел страстный ум - вышел бесстрастный…

Ответ:Евгений, по моему разумению, предлагает один из многих вариантов молитвы - один, но не единственный. И не самый высокий. И как станет ум "блестящим подобно утренней звезде", если он выходит из молитвы, не изменившись? Ум, полностью обособленный от озарений в безмолвной молитве, подобен израильскому народу, стоящему у подножия горы Синай. Ум, приобщенный сверхестественно (и сверхобразно) к озарениям, подобен Моисею, внимающему Богу на горе. Естественно, "нижний" ум (народ) приобщается откровениям позже - и в грубой форме. Ум "вышний" выходит из созерцательной молитвы изменившимся - светоносным, как и лицо у Моисея. 


Комментариев нет:

Отправить комментарий