Ярлыки

среда, 23 ноября 2016 г.

Как отличить благодать от прелести

В наших недостаточно очищенных и опытных сердцах во время молитвы легко возникают «призраки» благодати. Это могут быть некие приятные и светлые ощущения, напоминающие благодатные, но исходящие либо от врага, либо вызванные естественными психосоматическими явлениями. Отличить одно от другого бывает не легко, для этого лучше всего советоваться с опытными духовниками, либо за неимением таковых обращаться к опыту отцов. Само по себе появление не-благодатных состояний не является прелестью, более того, всякий молитвенник почти неизбежно в своем опыте с ними сталкивается в той или иной мере, и должен научиться распознавать такие явления и не принимать их. К прелести приводит принятие этих состояний за благодатные.


Было бы полезно собрать свидетельства св. отцов о признаках благодати и прелести. В кратце эти признаки сводятся к следующим. Признаки не-благодатного опыта: тайное превозношение, помысел что имеешь что-то особенное, не утихающее сомнение и некоторое неспокойство совести. Благодатные явления всегда сопровождаются каким-то неизьяснимым миром, радостью, истинным смирением перед всем творением, любовью и несомненным удостоверением, укреплением веры и надежды (св. Григорий Синаит:"отраду и радость вселяющая в сердце непоколебимым возлюблением, и утверждающая сердце несомненным удостоверением"). Смирение является пожалуй главным признаком. Диавол способен вызвать в человеке почти любой помысел, ощущение или чувство, даже своего рода подобие любви, единственное на что он не способен – это на истинное смирение. (Бывает конечно и подобие смирения,  сопровождающееся тайной гордостью).

«Если душа не колеблющимся и не мечтательным движением воспламенится к любви Божией, влеча некако в глубину сей любви неизреченной и самое тело, - в бодрствовании ли то, или, как я сказал, при погружении в сон воздействуемаго святою благодатию подвижника, между тем как душа совершенно ни о чем другом не помышляет, кроме того одного, к чему возбуждена; то ведать надлежит, что это есть действо Святаго Духа. Будучи вся преисполнена приятными чувствами от неизреченной оной божественной сладости, она и не может в ту пору помышлять ни о чем другом, а только чувствует себя обрадованною неистощимою некоею радостию. Если же при таком возбуждении ум восприимет колебание некое сомнительное, или нечистое какое помышление, и если при сем Святым Господним именем будет пользоваться для отвращения зла, а не паче по одной любви к Богу; то ведать надлежит, что утешение то от прельстителя, и есть только призрак радости. Радость такая совне навевается, и является не как качество и постоянное расположение души; видимо, что тут враг хочет опрелюбодействовать душу. Видя, что ум начинает проявлять верную опытность своего чувства, он и своими утешениями, кажущимися благими, подступает утешать душу в ожидании, что она, будучи развлкаема этою блажною мокротною сластию. не распознает своего смешения с обольстителем. По сим признакам можем мы распознавать духа истины и духа лестча (1 Ин. 4, 6). Никому впрочем невозможно ни божественной благости чувством вкусить, ни горечи бесовской ощутительно испытать, если кто не удостоверится в себе, что благодать во глубине ума его сотворила себе обитель, а злые духи гнездятся негде окрест членов сердца. Бесы же отнюдь не хотят, чтобы люди как нибудь удостоверялись в том, дабы ум, верно зная это, не вооружался против них непрестанною памятию о Боге» (Иноков Каллиста и Игнатия, гл.74)

"Тщательно и разумно внимай, любитель Божий. Когда делая свое дело, увидишь свет или огнь вне или внутри, или лик какой, - Христа, например, - или Ангела, или другаго кого, не принимай того, чтоб не потерпеть вреда. И сам от себя не строй воображений, и которыя сами строятся, не внимай тем и уму не позволяй напечатлевать их в себе. Ибо все сие со вне будучи печатлеемо и воображаемо, служит к прельщению души. – Истинное начало молитвы есть сердечная теплота, попаляющая страсти, отраду и радость вселяющая в сердце непоколебимым возлюблением, и утверждающая сердце несомненным удостоверением. Все, приходящее в душу, говорят отцы, чувственное ли то, или духовное, коль скоро сомневается в нем сердце, не приемля его, не от Бога есть, но послано от врага. Когда также увидишь ум свой во вне или в высоту влекомым от некоей невидимой силы, не верь сему и не попускай уму великому быть, но тотчас понудь его на дело его. – Что от Бога, то само собою приходит, говорит св. Исаак, тогда как ты и времени того не знаешь. Хотя и враг внутрь чресл покушается призрачно представлять духовное, одно предлагая вместо другаго, вместо теплоты наводя жжение нестройное, вместо веселия радость возбуждая безсловесную и сласть мокротную, и успевает укрывать себя за сими прельщениями от неопытных, но время, опыт и чувство обыкновенно обнаруживают его пред теми, коим не безизвестны его злыя козни. Гортань брашна различает, говорит Писание. Так и вкус духовный все ясно показывает, как оно есть, не подвергаясь прельщению."
(Святаго Григория Синаита наставления безмолвствующим, гл.10)


Цитаты из свв отцов - это очень неплохо, плохо выносить цитаты на форум без осмысления, тогда уж лучше всего читать подвижнические наставления полностью.

Важный момент. Духовная брань претерпевает изменения - она утончается, старое оружие зачастую оказывается недейственным. Посему наставления должны быть поняты применительно современному состоянию. Привожу пример (свт.Игнатий и старец Силуан).

Свт. Игнатий (см. пост Sivilla) говорит: Общий признак состояний духовных - глубокое смирение и смиренномудрие, соединенное с предпочтением себе всех ближних, с расположением, евангельскою любовию ко всем ближним, со стремлением к неизвестности, к удалению от мира. 

Это исключительно правильные слова исключительно легко могут быть поняты не верно. Прежде всего сам Игнатий (своим образом жизни) не соответствует им - спорит, обличает, научает, епископствует, много пишет, имеет известность. И посему... формальное (внешнее) понимание этих слов будет искусительным.

Далее. Нужно иметь смирение, без него все - прелесть. Это общее место поучений. А когда входишь глубже, вдруг узнаешь, что:  
Есть много родов смирения. Один послушлив и во всем себя укоряет, и это смирение. Иной кается во грехах своих и почитает себя мерзким пред Богом, — и это смирение. Но иное смирение у того, кто познал Господа Духом Святым. Кто познал Господа Духом Святым, у того другое познание и другой вкус. Прп.Силуан

Оказывается, есть смирение человеческое - аскетическое, а есть смирение Христово - благодатное - и это совсем особое смирение, и никто не может его описать, и познается оно только Духом Святым.Смирение призывает благодать, и если благодать не приходит, то смирение фальшивое. Более того, истинное смирение дается только благодатью.

Далее. Если свт.Игнатий говорит об евангельской любви ко всем ближним, то находятся такие "трактователи" отеческого слова, которые делают вывод, что надо врагов церкви ненавидеть. Старец Силуан говорит о важнейшем и "почему-то" забытом евангельском критерии истинного духовного состояния - любви к врагам. И если нет этой любви,  во что превращается любовь к ближним?..

И вывод. Не зная отеческого учения прп.Силуана, опираясь лишь на свт.Игнатия, можно претерпеть некоторый ущерб, который касается самого важного - действия благодати. Посему читаем отцов вкупе, с рассуждением, без слепого  копирования.

Комментариев нет:

Отправить комментарий